В книгах fiction, которые последние годы расходятся миллионными тиражами, есть одна закономерность: когда человеку плохо, он заходит в маленькое помещение. Например, в кафе, книжный магазин, прачечную. Часто там уже есть кот.

Место действия в «Пока не остыл кофе» Тосикадзу Кавагути — старое токийское кафе, где есть столик, возвращающий вас в прошлое, но только совсем ненадолго — пока не остыл кофе.

В «Вы найдёте это в библиотеке» Митико Аоямы люди заходят в библиотеку со своими взрослыми тупиками — работа не та, жизнь вроде тоже не та, непонятно, что с этим делать. А библиотекарь выдает им книгу.

В корейском «Книжном в Хюнамдоне» Хван Порым героиня, устав от бесконечного достигаторства, открывает маленький книжный магазин. И туда начинают приходить те, кому тоже нужно тихое пространство, чтобы просто отдышаться.

Есть ещё прачечные, рестораны, кухни, мастерские, кафе при полной луне. Целая литература маленьких помещений.

У тренда есть название — healing fiction или «хилинг-литература» / «исцеляющая литература».

Это в основном переводные японские и корейские романы о людях, которые переживают потерю, выгорание или просто трудный переходный момент.

Часто здесь есть чуть-чуть магии. Например, можно почувствовать вкус еды из прошлого — ох, я бы огненно-горячие жареные пирожки из кафе «Минутка» на Невском с настоящим бульоном или бочковым кофе из граненого стакана. Вот и хилинг!

Но магия обычно тоже домашнего размера. Никто не открывает портал в другое измерение, максимум — дверь в кафе.

Penguin Random House собирает healing fiction в читательские подборки по запросам: обычные люди, обычные трудности, немного волшебства, неожиданный проводник, иногда кот. Сам термин уже стал издательской категорией.

В Японии такие книги не стоят на полке с надписью healing fiction. Исследователи японской литературы даже спорят, не является ли нынешняя категория отчасти западным способом собрать под одной обложкой совсем разные японские «уютные» и восстанавливающие истории.

Но сама идея «целительной» литературы, которая должна успокоить, в японской культуре прижилась давно. Есть слово iyashikei — буквально что-то вроде «исцеляющего типа».
Взрыв популярности культуры iyashi в Японии произошел в 1990-е после после экономического спада, землетрясения в Кобе 1995 года и зариновой атаки в токийском метро: спокойствие стало массовой потребностью общества.

Позже такой же читательский запрос проявился и в Корее. Но корейские герои приходят в своё маленькое помещение из достигаторства: они устали от конкуренции, необходимости каждый день становиться на 1% лучше.

К началу 2020-х книжные магазины заполнились романами с похожими обложками: тёмный вечер, маленькое здание, из окон идёт тёплый свет. И эти книги одна за другой становились бестселлерами.

Простое объяснение популярности хилинг-литературы звучит примерно так: люди устали и хотят добрых книг.

Возможно, но я думаю, тут все намного интереснее. Этот жанр не вычеркивает плохое. Близкие умирают, отношения заканчиваются, старость приходит, одиночество остается. Прошлое нельзя исправить — даже у Кавагути путешествие туда устроено так, что настоящее всё равно не изменится.

Действие жанра в другом: он уменьшает масштаб пространства вокруг проблемы.
Вместо «что делать» и «кто виноват» — чашка кофе, стол, кресло. Давайте сначала просто посидим.

Современная литература направлена в противоположную сторону, постоянно повышая ставки. Проблема с каждым разом все масштабнее, препятствие — серьезнее, противник — опаснее, загадка — занимательнее.

Литература, кино, сериалы, игры десятилетиями обучали нас этой механике: дальше должно быть ещё круче.

Хилинг-литература резко жмет на тормоза. Большая жизнь превращается в маленькую сцену. Большая потеря — в один разговор. Большое решение — в одно маленькое действие.
А иногда вообще ничего не делать. Просто посидеть еще немного. Отсюда маленькое помещение: проблема не обязательно решится, зато поместится в поле зрения.

И тут мне стало интересно: как все это применить к экспертному нон-фикшену? Ведь здесь процессы очень похожи на художку: быстрее, выше, сильнее!

Человек приходит с одной проблемой. Например, не понимает, что делать с деньгами, боится подписывать договор, устал от работы.

А экспертный текст сразу объясняет, что на самом деле нужна инвестиционная стратегия, система управления рисками, новая карьерная траектория, а еще — обязательно! — личный бренд и навык продавать себя.

Вы пришли с одной неприятностью, а через 5 минут получаете еще 10 — уже космического масштаба.

Видимо, это заложено в самом представлении об эксперте. Он должен знать дорогу, показать путь из Точки, А в Точку В, обязательно добиться от человека трансформации, иначе — какой же он эксперт.

Эксперт — проводник героя на его пути. Он сообщает важную тайну, вручает меч, показывает тропу.

Да, так. Но у проводника есть еще одно секретное знание. Он понимает, когда сказать своему подопечному: «Сегодня больше ни шагу. Никуда не идем. Сядь, отдышись. Просто посмотрим вокруг».

Какие принципы хилинг-литературы могут отлично сработать в любом экспертном контенте? Как редактор я для себя выбрала такие:

• Не всякой истории нужна глобальная трансформация

Герой не закрывает все гештальты и не находит свое предназначение как в голливудской классике типа «День сурка». В нем что-то чуть-чуть сдвигается: он готовит ужин, открывает книгу, решает завтра прийти снова.

• Не давить на боль, не увеличивать тревогу

Просто внимательно рассмотреть ситуацию: почему человек боится говорить на иностранном языке, платить налоги, сбрасывать вес? Давайте посидим и подумаем, что мешает?

• Профессиональный совет: пока ничего не делайте

Остановка -- тоже действие. Не заводите новый канал. Не увольняйтесь прямо сейчас. Пока не подписывайте договор. Не надо сегодня приседать: посмотрите, как это делают другие.

Чтобы такое рекомендовать, нужна железная профессиональная компетенция. Пять шагов к успеху дать намного легче. Ведь так?

Тосикадзу Кавагути — «Пока не остыл кофе"/Toshikazu Kawaguchi — Before the Coffee Gets Cold

Лицо международного бума healing fiction. Сейчас это уже серия из шести книг и многомиллионный издательский феномен. Маленькое токийское кафе, возможность ненадолго вернуться в прошлое, но ничего в настоящем изменить нельзя.

Хван Порым — «Добро пожаловать в «Книжный в Хюнамдоне""/Hwang Bo-reum — Welcome to the Hyunam-dong Bookshop

Отличный пример корейской ветки: выгорание, отказ от прежнего сценария жизни, маленький книжный магазин как место, где люди постепенно собирают себя заново. Маленькое сообщество и право начать жизнь заново без героического рывка

Ким Хоён — «Магазин шаговой недоступности»
Исцеляющим пространством может быть не только красивое кафе или книжный, а самый обычный круглосуточный магазин.

Michiko Aoyama — What You Are Looking for Is in the LibraryЗдесь почти нет «сюжетного аттракциона»: люди приходят в библиотеку со своими жизненными тупиками и получают неожиданную рекомендацию. Очень чистый пример healing-механики — не исправить жизнь, а слегка изменить угол зрения.